Фото: Официальный сайт Совета Федерации России www.council.gov.ru

Иранский кризис 2026 года создал глобальную неопределенность из-за геополитических рисков, энергетических потрясений и экономических последствий. Конфликт между США, Израилем и Ираном нарушил стабильность в регионе, что отразилось на мировых рынках и международных отношениях. По данным на март 2026 года, кризис привел к расколу в Европейском союзе: страны не смогли выработать единую позицию по ответу на конфликт. Например, Венгрия отказалась подписывать совместное заявление ЕС, а Испания осудила удары США и Израиля, назвав их угрозой международному порядку. Одновременно страны Персидского залива, подвергшиеся атакам Ирана, консолидировались вокруг США, что изменило баланс сил в регионе. Существует риск, что конфликт выйдет за рамки Ближнего Востока и повлияет на глобальные альянсы.

«Прогнозы, согласно которым Трамп должен был закончить военные действия в Иране менее, чем за месяц, чтобы успеть отправиться с визитом в Пекин, оказались сметены иранскими ракетами», — констатирует сенатор Алексей Пушков.

Кроме того, кризис спровоцировал энергетический шок. Ормузский пролив, через который проходит до 20% мировых нефтяных грузов, оказался под угрозой длительной блокировки. Это привело к резкому росту цен на нефть и газ. Например, в марте 2026 года оптовые цены на газ в Великобритании взлетели на 93%, а азиатские эталонные цены на СПГ выросли почти на 39% после приостановки производства в Катаре. По прогнозам JPMorgan, рост мирового ВВП в первой половине 2026 года может составить лишь 2% вместо ожидавшихся 2,6%, а глобальная инфляция достигнет 4%. Для Европы, зависимой от импорта энергоресурсов, риски особенно высоки: стоимость газа на хабе TTF в Нидерландах достигла €69 за 1 МВт·ч, что увеличивает издержки промышленности. Также кризис усилил волатильность финансовых рынков. Инвесторы пересмотрели ожидания по денежно-кредитной политике ФРС США: вместо смягчения ставок в июне теперь прогнозируется их сохранение до сентября. В Moody’s Analytics предупредили, что рост цен на нефть будет сдерживать экономический рост и подстегивать инфляцию, а каждое устойчивое повышение цены на нефть на $10 за баррель снижает реальный ВВП — вплоть до 10%.

«Трамп перенес свой визит на неопределенное время — и это лучше всех прогнозов иллюстрирует новую неопределенность, созданную войной против Ирана, из которой нет ни ясного, ни легкого выхода», — подчеркнул Пушков.

Ранее ИА SM-NEWS сообщило, что Китай выигрывает от азиатского энергокризиса.