Политики и пресса говорят о профессионализме российских миротворцев, которые смогли взять под защиту более 3 тысяч мирных карабахских армян
19-20 сентября вооруженные силы Азербайджана провели на территории Карабаха «антитеррористические учения», по результатам которых находившиеся в регионе подразделения армянской так называемой «армии обороны Карабаха» капитулировали, обязались выйти на территорию Армении под контролем российских миротворцев, дислоцированных там. Для российских и не только масс-медиа на целую неделю это событие стало темой № 2 после СВО РФ на Украине. При это никто из экспертов и обозревателей – не только российских или международных, но также армянских или азербайджанских – не обратил внимание на ряд принципиальных моментов, о которых следует сказать особо.
Первое и самое важное – это то, что действия азербайджанской армии по демилитаризации армянского населения Карабаха полностью соответствовали букве и духу трехстороннего Соглашения о прекращении огня и всех военных действий в Нагорном Карабахе от 10 ноября 2020 года, подписанного главами Азербайджана, Армении И России, которой положило конец 2-й Карабахской или 44-дневной войне за освобождение ранее оккупированных Арменией азербайджанских территорий. Один из пунктов данного документа предусматривал обязательность расформирования и разоружения всех армянских вооруженных формирований, остававшихся в зоне ответственности российского миротворческого контингента, введенного в Карабах в соответствии с данным соглашением. В силу целого ряда причин и обстоятельств почти три года сделать это не удавалось, и вот теперь этот пункт Соглашения от 10 ноября 2020 года наконец-то получил свою свое практическое воплощение.
Политики и пресса говорят о профессионализме российских миротворцев, которые смогли вывести из сектора «антитеррористических учений» на свою основную базу рядом с аэропортом Ходжалы под Ханкенди (Степанакертом) и взять там под защиту более 3 тысяч мирных карабахских армян, более тысячи из которых – дети. При этом практически никто публично не задавался вопросом: а кто есть эти люди? Президент Азербайджана Ильхам Алиев после войны 2020 года неоднократно заявлял на многих международных площадках, что считает карабахских армян гражданами своей страны, и только от них зависит, гражданами какой страны – Азербайджана, Армении, России или какой-либо еще им быть. Из чего можно сделать однозначный вывод: российские миротворцы взяли под свою защиту тех потенциальных или реальных граждан Азербайджана армянской национальности, которыми как живым щитом прикрывались боевики пресловутой «армии обороны Карабаха», ранее интегрированной в виде отдельного армейского корпуса в структуру вооруженных сил Армении.
kremlin.ru
И кто бы как бы не оценивал случившееся, факт остается фактом: во время событий 19-20 сентября азербайджанские и российские военнослужащие в Карабахе продемонстрировали если не высокую слаженность, то хорошую скоординированность действий, когда каждый на своем месте делал свое дело. Азербайджанские военные уничтожали места временной дислокации, склады и схроны армянских боевиков, а российские миротворцы защищали от них же мирное армянское население региона. В результате удалось избежать серьезного кровопролития и массовых жертв среди мирного населения, что неизбежно случается в случае широкомасштабных общевойсковых боевых действий. Два десятка уничтоженных и две сотни раненых боевиков при почти полном разрушении их инфраструктуры – это вполне адекватный результат «антитеррористических учений» азербайджанской армии. Из чего можно сделать вполне достоверное и не лишенное логики предположение о том, что операция против армянских вооруженных формирований в Карабахе если и готовилась азербайджанским военным командованием самостоятельно, то на финальной стадии подготовки и на этапе практической реализации только согласовывалась и координировалась и с Кремлем, и с российским Генштабом, и с командованием российского миротворческого контингента. Нравится это кому-то или нет, но операцию 19-20 сентября вполне можно считать совместной контртеррористической, и расстрел патруля из шести российских миротворцев, погибших отнюдь не от «дружественного огня» азербайджанских военных, вполне доказывает это.
Как-то мимо внимания прессы прошел и тот факт, что именно стало триггером, послужило последней каплей, переполнившей чашу терпения официального Баку, начавшего «антитеррористические учения»? 9 сентября в Степанакерте сменился формальный глава армянской общины, которого по привычке часть российской прессы продолжала именовать «президентом Нагорно-Карабахской республики» – вместо Араика Арутюняна, сложившего с себя полномочия в конце августа, был избран Самвел Шахрамянян, до этого являвшийся «секретарем» «Совета безопасности» Карабаха, а по сути – политическим лидером армянских вооруженных формирований в регионе. Понятно, что тем самым был брошен открытый вызов и властям Азербайджана, и российскому миротворческому контингенту, и что в итоге получилось – мы все прекрасно видели и знаем. Как заявил пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков, «карабахский вопрос закрыт».
Теперь следует высказать несколько мыслей о геополитических последствиях «антитеррористических учений» для региона Южного Кавказа. Будучи человеком, который занимается изучением этого региона почти четверть века, вполне квалифицированного могу сказать, что реального масштаба последствий пока никто не смог сформулировать, и только можно предполагать, по какому сценарию они будут развиваться.
Уже нет сомнений в том, что в самое ближайшее время начнутся переговоры между официальным Баку и представителями армянской общины Карабаха по ее реинтеграции в азербайджанское общество. При этом внутри этой общины неизбежно произойдет сегрегация на тех, кто будет готов стать гражданами Азербайджана, и тех, кто предпочтет из Карабаха уехать. И не важном, каким будет процент пожелавших остаться, в любом случае руководство Азербайджана представит это как свою идеологическую победу, так как в этом случае будет разрушение пропагандистский миф, сформулированный экс-президентом Армении Сержем Саргсяном, «о генетической несовместимости армян и азербайджанцев». Это существенно усилит духовный и интеллектуальный кризис в армянском обществе, свидетелями которого мы сегодня являемся, и чем будет успешнее проходить процесс реинтеграции карабахских армян в азербайджанское общество, тем более будет углубляться идейный и нравственный раскол в армянском обществе, насквозь пропитанном национализмом с нотками нацизма. Поэтому в ближайшей перспективе ждут самые серьезные внутриполитические потрясения. И чем больше армян выедет из Карабаха в Армению, тем более существенное воздействие данный факт окажет на армянское общество, усилит в без того серьезную его поляризацию.
Вне всякого сомнения, официальный Баку приложит абсолютно все усилия к тому, чтобы переговоры по реинтеграции армянской общины Карабаха прошли максимально быстро и максимально эффективно. Не удивлюсь, что состав делегации от карабахских армян был определен заранее, и эти «антитеррористическое учения» были нужны только для того, чтобы вывести ее в публичное политическое пространство. Факт начала переговоров будет означать крах целого ряда армянских национальных идеологем, главной из которых является идея создания Арцаха – второго армянского государства на Южном Кавказе на территории Карабаха и прилежащих к нему азербайджанских землях, над реализацией которых чуть ли не 80 лет трудились все армяне планеты Земля, на что были потрачены миллиарды долларов, но без всякого результата. Не удивлюсь, что после утраты Карабаха, имеющего для мирового армянства чуть ли не сакральный смысл типа земли обетованной для евреев, сама Армения в его глазах потеряет свою привлекательность, а ее население в самое ближайшее время устремиться в диаспору: богатеи – в Америку, середняки – во Францию, все остальные – в Россию или в страны Ближнего Востока.
Восстановление полной юрисдикции Азербайджана над Карабахом, включая реинтеграцию местного армянского населения в азербайджанское общество, хотя бы на уровне достигнутых политических договоренностей, автоматически будет означать завершение миссии российского миротворческого контингента в Карабахе, срок пребывания которого в регионе рассчитан до 2025 года. Кто-то может воспринять это как прекращение военно-политического присутствия России на Южном Кавказе, однако это будет не критично, так как Россию и Азербайджан связывает Соглашение о союзнических взаимоотношениях от 22 февраля 2022 года, которое, по сути, было реализовано на практике 19-20 сентября во время проведения операции по демилитаризации Карабаха. Так что о потере влияния или престижа России в регионе речи не идет, наоборот – следует говорить об их росте в глазах как элит, так и населения.
Мало кто знает, но обладание Карабахом является краеугольным камнем конституционного права и всей системы государственного законодательства Армении, что получило закрепление и в Декларации о государственной независимости 1990 года, и в конституции страны. По сути, армянский премьер Никол Пашинян, признав Карабах азербайджанским, де-юре стал изменником, и теперь ему, чтобы сохранить власть и избежать уголовного преследования после прекращения полномочий премьер-министра, неизбежно придется проводить «революцию сверху» вплоть до смены государственно-политического строя. Отказ от Карабаха – это фугасный заряд под основы самой армянской государственной в той конструкции, в которой она сейчас существует, но если в Армении найдутся силы, готовые и способные пойти на крайность ради возвращения к «историческим истокам», то надо держать в голове возможность государственного переворота или хотя бы его попытки по примеру той, которую предприняли в 2015 году боевики группировки «Сасна црер», которых Пашинян в последствии трансформировал с респектабельных политиков ультра-правого толка. И чем будет сильнее внутриполитическая турбулентность в Армении, чем менее прочной будут ее позиции на последующих переговорах в Азербайджаном о мире, государственной границе и транспортных коридорах, к которым официальный Ереван пока подталкивают, а потом будут принуждать все соседи Армении – от Азербайджана и Турции до России и Ирана.
Азербайджан в очередной раз продемонстрировал тотальное военно-техническое превосходство над Арменией, и факт отсутствия в Карабахе массового партизанского движения, поддерживаемого местным населением, о неизбежности которого долгое время заявляли армянские политики и пропагандисты, и что по итогу оказалось блефом, свидетельствует о том, что армянское общество в основной своей массе уже смирилось со своим поражением в историческом противостоянии с тюркским миром. Поэтому и все остальные уступки премьера Пашиняна в этом направлении, как и сейчас, будут восприниматься агрессивно армянским меньшинством (чаще всего старшего поколения) и абсолютно индифферентно армянским большинством (среднего возраста и молодежью), которое разочаровалось в идеях армянского национализма, являвшихся движущей силой 1-й Карабахской войны 1988-1994 гг. Пашинян пытается (как может или как у него получается в меру наличия интеллектуальных и материальных ресурсов) противостоять оказываемому на Армению политическому, дипломатическому и военному давлению, предпринимая различного рода внешнеполитические демарши в том числе и антироссийской направленности, но они ни на кого не производят должного впечатления, так как за ними не стоит монолитного поддержки большинства раздробленного на группы влияния армянского общества. И в этом заключается трагедия нынешней Армении.
Закрытие «карабахского вопроса» де-факто и де-юре означает автоматическое открытие целого ряда других вопросов – об армяно-азербайджанской границе, Зангезуре и других ранее переданных от Азербайджана Армении территориях, – которые в совокупности образуют новый «армянский вопрос». Пару месяцев назад армянский премьер Пашинян выступил с заявлением о признании Азербайджана в границах 1991 года, что в реалиях сегодняшнего дня является популистским заявлением и на практике абсолютно невозможно, так как упирается в вопрос эксклавов, существовавших на тот момент. Следовательно, вопрос демаркации и делимитации государственной границы будет решаться исключительно за счет территориальных уступок одной их сторон, и что-то мне подсказывает, что этой стороной будет Армения, вооруженные силы которой объективно не способны обеспечить территориальную целостность страны. К тому же в азербайджанском обществе сильны требования взыскания с Армении компенсации за четверть века оккупации 17 процентов территории страны, завершившейся только в ноябре 2020 года, игнорировать которые президент Алиев также не может по мере роста национального самосознания собственного народа на фоне постоянных военно-политических успехов. Поэтому Баку и Ереван ожидает целая серия очень непростых переговоров при посредничестве Москвы, однако результативность которых теперь уже ни у кого не вызывает сомнений.