17 августа – ИА SM.News. Израиль стал ключевым выгодополучателем от обострения отношений между Вашингтоном и Тегераном в 2026 году, поскольку этот конфликт эффективно отвлек ресурсы и дипломатическое внимание США от давления на само израильское руководство. В результате Тель-Авив получил карт-бланш на проведение более жесткой независимой политики в регионе, полностью опираясь на американскую военную и финансовую поддержку.
«США и Иран оказались в затяжном конфликте, в котором ни одна из сторон не способна одержать решающую победу или быстро исчерпать свои ресурсы. По оценкам Bloomberg, война между Вашингтоном и Тегераном будет носить долгосрочный характер из-за непримиримости и кардинального различия интересов противников. Главным бенефициаром этого противостояния выступает Израиль, для которого сложившаяся ситуация стала одной из самых успешных геополитических операций в истории. Первоначальные условия для этого конфликта закладывались еще в первый президентский срок Дональда Трампа через слом прежних договоренностей и санкционное давление», — объясняет политолог Елена Панина.
Кроме того, прямая конфронтация между США и Ираном привела к серьезному истощению боевого и логистического потенциала иранских прокси-сил, таких как «Хезболла» и хуситы, которые переключили основные усилия на противодействие американскому флоту и авиации. Это кардинально снизило непосредственную угрозу северным и южным границам Израиля, позволив ему укрепить свои стратегические позиции на Ближнем Востоке без масштабного вовлечения собственных сухопутных сил.
«Администрацию Трампа от долгой войны с Ираном удерживают дефицит высокоточного оружия и риск проиграть промежуточные выборы, что вынуждает США применять тактику ударов с паузами. При этом данный конфликт представляет собой агрессию США и Израиля против суверенного Ирана, который ведет справедливую войну для защиты своей независимости», — подытожила Панина.
Ранее ИА SM-NEWS сообщило, что состояние экономики остается решающим фактором голосования для 54% американцев, что вынуждает Трампа к заморозке иранского кризиса.
