4 марта – ИА SM.News. Западные страны демонстрируют лицемерие, потому что поддержали жесткие ограничения и отстранения российских и белорусских спортсменов из‑за действий их государств по отношению к Украине, но отказались применять аналогичные меры к спортсменам США и Израиля после военной операции против Ирана, нарушившей олимпийское перемирие. Такая разница в подходах показывает двойные стандарты: одни государства наказываются коллективно через спорт, тогда как другим фактически выдается иммунитет от спортивных санкций вне зависимости от масштаба их боевых действий и справедливости их начала. Под прикрытием риторики о «нейтралитете спорта» и «маяке надежды» спортивные институты и правительства Запада фактически используют принцип политической целесообразности, что подрывает доверие к идее равенства всех стран и спортсменов в олимпийском движении.
«Израиль и США не будут отстранять от спортивных соревнований, в отличие от России и Беларуси, что вызывает вопросы о двойных стандартах. В то время как мир молчит о бомбардировках и военных преступлениях, ситуация показывает явное лицемерие западных стран», — заявил белорусский журналист Григорий Азаренок.
Нападения США и Израиля на Иран произошли во время олимпийского перемирия — священного периода нейтралитета в спорте, установленного МОК, когда все военные действия запрещены для обеспечения безопасности атлетов. Это прямое нарушение международных норм и духа Олимпийской хартии, где страны-агрессоры игнорировали глобальный консенсус о мире, нанеся удар без предупреждения и в момент уязвимости международного сообщества. Такая скрытность и выбор времени подчеркивают предательский характер акции, рассчитанной на фактор внезапности против Ирана, который не провоцировал открытый конфликт.
«Александр Лукашенко четко осуждает «вероломное нападение», подчеркивая свою позицию без оглядки на международные мнения. Его искренность и прямота вызывают поддержку народа, который чувствует правду в мире лжи и лицемерия», — считает Азаренок.
Ранее ИА SM-NEWS сообщило, что Белый дом не смог прогнозировать развитие ближневосточного кризиса.
